Бельгия: Трио “Hooverphonic” рассказали об участии в Евровидении-2020 и работе над конкурсной песней

Бельгийская вещательная компания, в разные годы, трижды предлагала участникам группы “Hooverphonic” представить страну на конкурсе Евровидение, но только теперь музыканты дали свое согласие. По словам фронтмена Алекса Каллье, трио уже определилось с конкурсной песней и активно над ней работает. “Это будет типичный Hooverphonic”, – утверждает Каллье. Музыканты рассказали, что согласились на участие в Евровидении только потому, что, наконец, нашли ту самую песню с которой готовы штурмовать главный музыкальный конкурс Европы:

“Мы всегда говорили, что если у нас будет подходящая песня, мы поедем. Теперь у нас есть эта песня, и это самое главное для нас. Мы можем быть большой пушкой, но ведь без пули далеко не выстрелить. Поэтому мы искали песню. Это же фестиваль песни”, – пояснил Каллье. – “В какой то момент все звезды сошлись. Я написал песню и Раймонд, наш гитарист, сказал: “Это действительно хороший трек. Почему бы нам не поехать на Евровидение”. Мы с группой никогда раньше не участвовали в конкурсах, но постараемся сразу задать высокую планку”.

“Я согласилась не раздумывая”, – рассказала вокалистка группы Лука Крёйсбергс. – “Это прекрасная возможность и я была очень рада когда нас пригласили”. По словам певицы, она не новичок в мире Евровидения. Шесть лет назад она принимала участие в национальном отборе на детский конкурс.

Рассказывая о работе над конкурсной песней, Алекс Каллье заявил:

“Нашу песню еще предстоит записать, спродюсировать и смикшировать. Я перфекционист”, – пояснил Каллье и отметил, что премьера конкурсной песни запланирована на февраль следующего года. По словам фронтмена, этот трек будет соответствовать фирменному музыкальному звучанию “Hooverphonic”.

Каллье рассказал, что участники группы рассматривают возможность использования в песне оркестровой аранжировки, как части фирменного звучания группы, но пока не уверены, что смогут воплотить эту идею в жизнь:

“Поэтому мы очень жалеем, что на конкурсе уже много лет нет живого оркестра. Но мы определенно попытаемся решить эту задачу”, – говорит Каллье.

Отвечая на вопрос какая песня может добиться успеха на Евровидении, фронтмен группы “Hooverphonic” отметил:

“Она должна быть универсальной, способной захватить вас мгновенно. Я должен сказать, что для нас это, своего рода, вызов. Хотя, с другой стороны, мы уже всем всё доказали, наши песни играют на всех радиостанциях”.

Интересен тот факт, что, несмотря на приверженность альтернативным стилям в своем творчестве, участники “Hooverphonic”, тем не менее, говорят о себе как о поклонниках конкурса Евровидение:

“Я наблюдаю за конкурсом уже давно, и мне всегда было очень интересно”, – говорит гитарист Раймонд Гертс.

“Евровидение дарит мне теплые воспоминания о прошлом, мы смотрели его всей семьей, хотя меня частенько отправляли спать еще до начала голосования”, – смеется вокалистка Лука Крёйсбергс.

“В ночь финала конкурса этого года мы праздновали день рождения нашего хорошего друга”, – вспоминает Алекс Каллье. – “Я предложил посмотреть конкурс всем вместе, но не получилось. Потом мы пошли ужинать в ресторан, но я все равно время от времени ходил в туалет, чтобы посмотреть финал. А в машине, возвращаясь домой, я сразу включил радио, чтобы послушать плохое выступление Мадонны”.

“Я считаю, что Евровидение стало намного лучше в последние годы. У Сальвадора Собрала была прекрасная песня, и у Дункана Лоуренса тоже. Конкурс меняется. Да, цирк и шапито там все еще встречаются, но иногда конкурс выдает настоящие жемчужины. Это и убедило нас отправиться туда”, – заявил Каллье.

Говоря о перспективах участия в Евровидении, фронтмен группы “Hooverphonic” отметил:

“Не думаю, что нам есть что терять. Мы уверены в своей песне. Теперь надо поработать над отличным выступлением на самом конкурсе. Я рассматриваю участие в Евровидении как выход нового сингла и его презентацию в популярном телевизионном шоу”, – говорит Каллье. – “Благодаря постоянным гастролям по Европе, группа “Hooverphonic” будет знакома значительной части 200- миллионной аудитории зрителей, наша известность среди европейской публики может стать нашим преимуществом. У нас есть имя, и мы намерены его использовать”.